Олимпиада для десяти человек

Лотерея, безумие, комедия, вопиющая несправедливость, не гонка, а черт знает что... Какими только словами не кляли воскресный мужской спринт спортсмены, тренеры и болельщики. Но наиболее емко выразился главный тренер россиян Владимир Барнашов, назвавший гонку «Олимпиадой для десяти человек». И грустно добавил: «Давно такого не было...»

Все, кто смотрел спринт по телевизору, понимают, о чем идет речь, однако только находясь здесь, в Уистлере, в полной мере ощущаешь, какое испытание подбросила биатлонистам погода. Совсем не зимняя температура превратила все дорожки и саму трассу в снежное болото. Наступая на снег, утопаешь в нем по щиколотку. Трасса в таких условиях, как бы ни старались организаторы, становится более-менее сносной лишь для первых 30-40 спортсменов. Шансы остальных становятся мизерными.

Но 30-40 — это все-таки не десять. В субботу во время женского спринта обошлось без осадков, благодаря чему многие спортсменки отстреляли на ноль. А в воскресенье спустя минут десять после старта началось что-то невообразимое. Мало того, что снег и дождь стали попеременно сменять друг друга, так и еще и направление осадков все время менялось. Пристально наблюдал, как стреляет на стойке американец Тим Бурк, впоследствии назвавший гонку «форменным безумием», - мокрый снег бил ему прямо в лицо, словно защищая мишени от его посягательства. Уле Эйнара Бьорндалена во время стрельбы на «лежке», когда он промахнулся три раза, было вообще не видно за снежной пеленой, как будто на великого норвежца с невидимой крыши свалился сугроб. Евгения Устюгова снег подловил на «стойке».

Вот так спринт по сути своей превратился в гонку преследования, где возможность победить есть только у первых десяти, может, пятнадцати спортсменов. Только если в пасьюте распределение стартовых мест производится согласно былым заслугам, то в уистлеровском спринте биатлонистов расставили с помощью жребия.

Даже глава IBU Андерс Бессеберг признал полный провал первого мужского олимпийского старта. Столкнувшись с Михаилом Прохоровым, он сказал нашему биатлонному меценату: «Гонка не удалась...»

ВЫНУЖДЕННАЯ ЖЕРТВА

Теперь пара слов о том, как происходит эта самая жеребьевка. Тренеры имеют право распределить спортсменов по нескольким группам, количество биатлонистов в той или иной группе зависит от рейтинга — их личного и страны. А чтобы определить стартовые позиции внутри групп, проводят жеребьевку. Те, кто стартует в первой группе, получают определенное преимущество. Мы могли заявить туда двух биатлонистов. Ими стали, как вы поняли, Иван Черезов и Евгений Устюгов. Максим Чудов попал во вторую группу, Антон Шипулин, как самый молодой и неопытный — в третью. После разочаровавшего, но, к сожалению, ни капельки не удивившего 63-го места Чудова последнее решение выглядит сомнительным: во время спринта Шипулин смотрелся весьма перспективно, но на напрочь разбитой трассе продемонстрировать скорость было просто нереально.

«Да что тут анализировать, мои шансы изначально были равны нулю!» - махнул рукой после гонки Шипулин. Возможно, он единственный, кто в составе нашей команды не заслуживает критики.

Таким образом, среди десяти реальных претендентов на медали оказался всего один россиянин — Черезов, но его подвела стрельба. Однако пугает другое. По информации, которая доносится из тренерского штаба, пока в оптимальной форме — только Черезов. А ведь днем ранее на некоторые проблемы с физикой сетовала и Светлана Слепцова... Почему так получилось? Давайте пока оставим этот вопрос без ответа, ведь впереди, как резонно заметил после гонки Прохоров, еще восемь комплектов медалей — по четыре у мужчин и у женщин. Вот только уже сейчас в речи ответственных лиц все чаще проскакивает, как спасительная соломинка, слово «эстафета»...

СБЫВШИЙСЯ ПРОГНОЗ

А победу представителя Франции ваш корреспондент предсказал еще до старта. Хотя то, что это будет Жэй, конечно, не ожидал. Уже в субботу было ясно, что сервисмены трехцветных разгадали тайну уистлеровской трассы, поскольку француженки бежали легче остальных.

Однако нельзя не подивиться прозорливости тренеров, включивших в первую группу не одного из лидеров, харизматичного чернобрового Мартана Фуркада, а «серую мышку» Венсана Жэя. Хотя после пресс-конференции золотого медалиста удивление улетучилось. «Я вкалывал перед Олимпиадой так, что тренеру приходилось меня останавливать, - рассказал Жэй. - А каждое утро в Уистлере я начинаю с того, что изучаю олимпийскую трассу — ее распечатка висит у меня на стене». Есть еще вопросы?

Безусловно, спринтерская гонка получилась безумной, нелепой, удивительной, странной. Но назвать ее исход несправедливым — нет уж, увольте.

Дмитрий Симонов, Уистлер